Фильм рассказывает о «Зарнице» - обязательной в пионерских лагерях игре в войну. Игроки делятся на «зеленых» и «синих». Если у друга на погонах другой цвет – он больше не друг, его нужно «убить» - сорвать вражеский знак. И, заигравшись, подростки забывают, что «Зарница» - это не жизнь, перед ними больше нет ограничений.

Сценарий к фильму написал Григорий Остер – автор многочисленных книг для детей («Задачник», «Вредные советы»). Создатель котенка по имени Гав, Мартышки и Попугая написал страшную историю о детях, переступивших черту. В одном из интервью Остер сказал, что такого рода патриотические фильмы должны воспитывать и нынешнее подрастающее поколение. А режиссер Владимир Фокин («ТАСС уполномочен заявить...», «Александр маленький») признается, что считает фильм «До первой крови» наиболее важной своей работой.

«Вставайте, война!» — кричит в начале фильма юная пионерка, взобравшись на подоконник палаты, в которой спят мальчишки. Многоголосое «ура» раздается в ответ. Игра началась. Ребята разделены на «синих» и «зеленых». У всех на плечах бумажные погоны — главный символ в этой игре. Если противник сорвет с тебя погоны — ты «убит».

Киноповествование так и не выйдет за пределы мира детей. Мы не увидим тех, кто придумал для ребят эту Игру. Но перед нами ребячьи глаза, сияющие фанатичным блеском. И не важно, что преследуемый — твой однокашник, приятель, друг. Сегодня он — враг, и его любым способом надо «убить». А какая неизбывная, вселенская тоска в лицах и фигурах «убитых»! Отлучение от Игры стало едва ли не самой страшной трагедией их жизни.

Присмотритесь к тому, как меняются ребячьи лица. Как жестокость невсамделишной войны делает детей страшными, озлобленными, одержимыми...

Мировой кинематограф время от времени прибегает к очистительному маскараду, заставляя детей демонстрировать взрослым сущность придуманных ими игр. В ряду подобных лент находится и «До первой крови» Владимира Фокина по замечательному сценарию Григория Остера, повествующая об обязательной в советские годы крупномасштабной военной игре с нежным именем «Зарница». Фильму можно предъявить ряд художественных претензий. Скажем, заявить об излишне прямолинейной метафоричности некоторых эпизодов. Но можно и порадоваться тому, что картина, возникшая в разгар перестройки не иллюстрирует антимилитаристские постулаты нового политического мышления, а пытается воплощать их в яркие художественные образы. Картина собрана крепкой режиссерской рукой, умело смонтирована. В ней нет почти обязательных в нашем кино длиннот, и в то же время напряженность действия нигде не проявляется как самоцель.

...В финале фильма идет дождь. Он смывает краску с погон. «Мы умираем?» — спрашивает парнишка. Второй улыбается в ответ. Дождь — явление природное. Его нельзя идеологизировать. Он может только все прояснить.